ВАДИМ ШЕИН:
«АРМАГЕДДОН» И «КОЛИЗЕЙ» УСТРЕМИЛИСЬ В «БЛИЖНЕЕ НЕБО»

Вадим ШеинВадим, расскажи вкратце свою музыкальную биографию. С чего всё началось?

Музыка меня окружала с раннего детства: в доме было много пластинок, к чему я проявлял огромный интерес. Лет в восемь я стал интересоваться рок-музыкой. Помнится, первым, что услышал из рока – был альбом “Алисы” – “Энергия” и самые ранние записи “Rolling Stones”. В третьем классе поступил в музыкальную школу на класс баяна. Выбор пал именно на баян, потому что дома имелся инструмент. По окончании ДМШ продолжил образование на музыкальном отделении педколледжа. Там же стал играть в народном оркестре на контрабасе…

А с чего начался твой путь, именно как рок-музыканта?

В четырнадцать лет начал осваивать гитару, параллельно с этим стали появляться первые песни – весьма банальные по форме и содержанию, как и у многих в таком возрасте. К счастью, их большая часть уже давно навсегда утеряна. 🙂 Первую группу – “Армагеддон” собрал в 1997 году. Играли что-то вроде экспериментального панка с довольно радикальными текстами, чего стоят только одни названия – “Рыбы всё понимают”, “Дети рождаются мёртвыми”, “Склонение к инцесту”… Позже, с приходом в группу вокалиста Романа Богословского, тексты утратили маргинальность, стали более осмысленней, чего в принципе и требовал постепенный уход группы от панка в сторону хард-н-хэви. “Армагеддон” дал немало концертов на просторах области и на пике своего рассвета распался в 2000 году. На то были личные и творческие разногласия, царящие в коллективе – всё-таки юношеский максимализм бушевал у всех!

И ты тут же создаешь новую группу – “Колизей”… Кстати, а почему ты не оставил прежнее название?

Во первых, хотелось чего то нового, всё начать с чистого листа… Тем более – только что наступил новый век! Да и надо сказать, что у меня сильно изменился подход к музыке, текстам, аранжировкам. В общем, начался как бы следующий этап.

Группа “Колизей” была первопроходцем в Лебедяни в отношении некоторых вещей. Например, вы первые в городе из рок-групп сделали профессиональную запись на студии…

Да, помнится, мы очень радовались, когда впервые держали в руках диск с нашей первой записанной на студии песней “Бессонница”. На дворе стоял 2001-й год, и это было не так широко распространено. Позже мы уже сами, чуть ли не первые в городе стали осваивать цифровую звукозапись, компьютерное сведение… Также в рамках группы “Колизей” был снят первый (и пока единственный, видимо) в истории Лебедяни музыкальный игровой фильм – “Возвращаясь в убитую сказку”. Ко всему прочему – “Колизей” единственная лебедянская группа, попавшая на страницы настоящей “рок-энциклопедии”. Вообщем, это было время открытий! Кстати, в этом году с момента образования “Колизея” исполняется 10 лет. Готовится диск с лучшими песнями коллектива. Возможно, также группа соберется в последнем составе для нескольких выступлений.
Перенесемся в наши дни. С ноября 2007 года твоя основная деятельность связана с группой “Ближнее Небо”, где ты и басист, и продюсер и один из авторов… Это тоже – очередной этап?

В какой-то степени – да. “Ближнее Небо” – это группа уже довольно взрослых людей. Мы давно дружим между собой, опять же постоянно играли до этого вместе. Есть определенная стабильность. Кто-то сказал, что “БН – это выросший “Армагеддон” (ведь всё-таки трое участников “БН” играли ещё там). Возможно, отчасти и так… Мне даже это наоборот нравится своей логичностью. Значит, не зря тогда начинали заниматься, раз вот до неба доросли:) А если серьезно, то на этом сходства кончаются: сейчас другая музыка, другой подход ко всему, да и вообще – другое время! За десять лет много воды утекло – а мы стараемся жить настоящим. Мы не ставим перед собой какие то сверхценные идеи, а просто занимаемся любимым делом – сочиняем и играем музыку. И вроде как получается!

Этот вопрос, наверное, тебе часто задают: будет ли продолжение фестиваля “Музыка Лебедяни”, одним из организаторов и арт-директором которого ты являлся?

Фест “Музыка Лебедяни” был в тот период своевременен и необходим, дабы утолить “концертный голод”, возникший тогда в городе. Как-то всё само собой получилось, причём каждый из трёх концертов получился оригинальным, не похожим на предыдущий. Было много новаторства. Скажем, такие стили, как “brutal death”, “black metal” и другие впервые прозвучали с лебедянской сцены. А “опен эйр” с двадцатью лучшими командами области… Это уже, в принципе, вписано в историю, не хочется повторятся! Вообщем, как возникнут новые идеи на этот счёт и звезды сложатся нужным образом – тогда и состоится “МЛ4”.

Как ты думаешь, чего не хватает отечественной рок-сцене, в частности, Липецкой?

По моему скромному мнению, местной рок-сцене не хватает именно “музыкальности”, “песенности” что ли… Групп то много, а толку мало… Многие коллективы уделяют много внимания техническим вопросам, PR и т.д. А свои, так сказать “прямые обязанности” отставляют на задний план. Получается – конфета с красивой обёрткой, но совершенно безвкусная внутри…

А ты сам какую музыку предпочитаешь слушать?

Предпочтения у меня разнообразные: почти вся классика “Золотой эпохи рок–н–ролла” , джазовая музыка, под настроение могу и экстремальные вещи послушать (“Fear Factory”, “Napalm Death”, “Сynic” и многие другие). Из российских нравятся: Егор Летов, Алексей Заев (это просто гениальный музыкант), “Tequilajazzz”… Перечислять буду долго. А вообще – самая любимая отечественная команда у меня это – “Х.. Забей”!

Насчёт группы “ХЗ”… Слышал, что ты будешь петь на концерте с этой легендарной группой?!

Сей музыкальный коллектив я уважаю с 3 класса. В конце 90-х переписывался с ними, сейчас вот в интернете регулярно общаемся. В прошлом году записал кавер на их композицию “Поезд”, его можно послушать на официальном сайте группы “ХЗ” (http://hzabei.ru/index.php?name=mp3people). И вот наконец-то отважился спеть с ними на концерте, который должен состояться 13 марта в московском клубе “Трамплин”.

Чем занимаешься в свободное от музыки время? Есть хобби, увлечения?

Я достаточно “домашний” человек, и увлечения мои вполне домашние: книги, компьютеры, кино… Из синематографа уже несколько лет предпочитаю независимое кино, так называемый “арт-хаус”. Благо, с нынешним интернетом сейчас дефицита информации на этот счёт нет… Ну, и конечно, стоит добавить ещё общение с друзьями, куда же без них?

Пожелания посетителям сайта и лебедянцам.

Слушайте хорошую музыку, верьте в хорошую жизнь, занимайтесь только хорошими и полезными вещами.

беседовал Роман Богословский
февраль 2010 г.


Вадим ШеинСо дня нашего интервью с лебедянским музыкантом Вадимом Шеиным прошло более трех лет. За это время многое произошло: менялись составы групп, приходили и уходили музыканты. Менялись и сами люди. Предлагаем вниманию очередную беседу Романа Богословского в рамках арт-проекта «Сближение».
Вадим Шеин: «Мечтаю выпустить альбом на виниле!»

Сколько я себя помню, столько Вадим Шеин занимается музыкой. Я и многие другие люди из окружения Вадима то играли, то бросали музыку, кто-то «завязал» с музыкой и насовсем – таких, кстати, большинство. Он же всегда шел напролом, даже если действительность вставляла в колеса не просто палки, а бревна. В итоге все усилия оправдались: сегодня Вадим – музыкант и аранжировщик, автор множества собственных проектов, продюсер ряда концертов. Сегодня он делает музыку в двух основных группах города – «Пластилине» и «Ближнем небе».

Вадим, начнем вот с чего: в западной рок-музыке принято отсчитывать время «эшелонами»: первый эшелон, второй, третий, пятидесятый…Приемлемо ли такое деление для лебедянского рока?

Да, лебедянское рок-движение вполне возможно разбить на периоды: «эпоха ВИА», «филармонический рок» и т. д. В принципе, развитие рока у нас шло по той же схеме, что и во всей стране, и в каждом периоде есть свои представители.

Тогда попробуй обозначить основные тенденции развития рок-музыки в Лебедяни за последние, скажем, 15 лет.

За это время произошел большой скачок в техническом плане: появились качественные доступные инструменты и оборудование – один из главных факторов для благоприятного развития. В начале нулевых количество групп в Лебедяни даже зашкаливало – играли все, кому не лень. Конечно, сейчас даже некоторые названия коллективов не вспомнишь, но, тем не менее, тогдашнее «бурление» принесло положительные результаты. К концу нулевых наступило определенное затишье, новые коллективы практически не появляются и играют только те, которым это действительно надо. Но застоем я бы это не назвал, скорее это некий период стабильности.

Да, что наступила стабильность – это точно. Вопрос об интегрированности в лебедянскую музыку липецкой тусовки. Ты был первым, кто эту интегрированность обеспечил, организовав фестиваль «Музыка Лебедяни». Почему сейчас совместная работа сошла на нет?

Лебедянская рок-общественность довольно тесно общается и взаимодействует с липчанами. Правда, с некоторыми личностями у нас дорожки разошлись, но ничего страшного в этом нет: время меняется, а с ним меняются и люди. Я думаю, в этом плане дела в настоящее время обстоят более чем нормально – совместной работы хватает.

Насчет дел. Ты довольно много занимался патронированием молодых музыкантов. Насколько это востребованный вид деятельности сегодня? Видишь ли ты плоды собственных усилий?

Как таковым патронированием я никогда не занимался. Просто бывало так, что в группе появлялся начинающий музыкант (кадровый вопрос в нашем городе порой стоял остро) и приходилось с ним заниматься. Сейчас я тоже нередко помогаю, чаще всего в сети, советом или еще чем-то, когда просят – всегда рад помочь. Считаю это нужной деятельностью – сам порой обращаюсь за помощью к более опытным товарищам.

Каково твое мнение по вопросу провинциальности? Почему в США абсолютно все равно, где живет исполнитель, писатель или художник, тогда как в России доминируют Питер и Москва?

В столицах у творческого человека во много раз больше возможностей для реализации, чем в «заМКАДье»: там крутятся совершенно другие деньги, больше медийных возможностей, да и «братьев по разуму» найти намного легче. Тем не менее, у меня нет провинциального комплекса: по-моему, в эпоху интернета совершенно до лампочки, где ты живешь. Наоборот, вдали от суеты мегаполисов гораздо проще сконцентрироваться на творчестве. А в Москву всегда можно выбраться по делам (на тот же концерт).

О проекте «Мамины усы». Несмотря на то, что у нас давно демократия и все можно, данный проект вызвал целую бурю недовольства вокруг себя. Общество по-прежнему не готово к пограничным формам искусства?

«Мамины Усы» я не считаю искусством. Охарактеризовать этот проект можно западным понятием «fun for the fun of it» – «веселье ради собственного удовольствия». А еще «Мамины Усы» – это чистой воды троллинг разного быдла: то, что проект вызывает недовольство у них, доставляет мне исключительную радость, ведь пища тролля – это «баттхёрт» у жертвы. Что же касается пограничных форм искусства, то мне кажется, что в нашей стране они никогда не будут иметь какую-либо популярность по причине, мягко говоря, специфической политики государства.

Помогает ли Интернет в деле донесения музыки и околомузыкальной информации до слушателей? В чем плюсы и минусы Интернета применительно к музыкальному творчеству?

Интернет, несомненно, дает огромные возможности для музыкантов, и самое главное, что все находятся практически в равных условиях, чего не скажешь о нашем так называемом «шоу-бизнесе», который не менее криминален, чем весь остальной бизнес. Многие имена стали популярными только благодаря сети. Еще лет десять назад об этом можно было только мечтать, сейчас же буквально за несколько часов тебя могут услышать тысячи людей, а с развитием социальных сетей все стало еще проще. Минус только один – можно легко затеряться в огромном медиапотоке, но при грамотном подходе это не такая уж большая проблема.

Я часто беру интервью у так называемых российских поп-звезд. И знаешь, почти каждый из интервьюируемых называет в числе своих любимых групп и исполнителей Motley Crue, Frank Zappa, Led Zeppelin. При этом никто не называет русских исполнителей. По-твоему, откуда такое несоответствие? Поют русскую попсу, а любят иностранный рок.

Я думаю, что и среди попсарей хватает достойных людей, которые разбираются в музыке и имеют соответствующий вкус. А то, что они делают сами, за редким исключением, направлено на одну цель – набить карман. Кто-то на рынке тряпками торгует, а они рот под фанеру открывают – «кто на что учился», как говорится…

Вернемся к творчеству. Ты совсем недавно сменил меня на посту бас-гитариста в легендарном «Пластилине». Что можешь сказать по этому поводу? Как идут дела?

Мне всегда нравилось то, что делала группа «Пластилин», как в раннем периоде, так и сейчас. Участием в этом коллективе я доволен: во-первых, приятно разделить творческий процесс с лучшими музыкантами города, к тому же это возможность играть другую музыку, отличающуюся от «Ближнего неба». Я люблю разнообразие во всем, и музыкальная деятельность – не исключение. А что касается дел, то они в порядке: за несколько месяцев мы хорошо сыгрались и уже отрепетировали сольную программу.

Оправдана ли смена вокалистов в коллективе? Какие надежды вы возлагаете на Настасью Визенталь?

А смены вокалистов не было – Олег Шурупов как пел, так и поет, просто некоторые песни исполняются дуэтом, хотя у каждого есть и сольные вещи. Настя органично вписалась в коллектив и, судя по поступающим отзывам, перемены в группе произошли не зря – таких талантливых рок-певиц еще поискать надо!

Не считаешь ли ты, что «золотой» состав «Пластилина» был самым аутентичным?

Я думаю, что «Пластилин» 20-летней давности и группа в нынешнем составе – все-таки достаточно разные коллективы. И это правильно: какой смысл столько времени играть одно и то же? Разумеется, из той эпохи осталась целая обойма хитов, но все-таки больше внимания уделяется работе с новым материалом. Я считаю, что каждый состав аутентичен для своего времени.

Перейдем к «Ближнему небу». Илья Щукин был всем нам другом, это понятно. А чисто в музыкальном плане его уход ощутим для тебя? Как Макс Алтухов, очень давно не практиковавший игру на ударных, снова входит в амплуа барабанщика?

Илья был не только прекрасным барабанщиком, равных которому в регионе практически не было, но и писал часть музыки, делал аранжировки. Его гибель отбросила коллектив назад, это факт. Можно сказать, что у «Ближнего неба» все началось с чистого листа. Максу приходится непросто – больше десяти лет он не сидел за установкой, но мы постоянно работаем, и прогресс уже ощутим.

Когда можно ждать полноценные альбомы как от «Пластилина», так и от «Ближнего неба»?

В этом году планируется немало записей у обоих коллективов. Выльется ли это все в альбомы, пока не могу сказать. Выпуск альбома – дело серьезное, и я думаю, что спешки в этом деле быть не должно. Вообще я мечтаю о виниле: он постепенно возвращается, и надо сказать, что сейчас издать пластинку не так сложно. Что ж, посмотрим, как лягут карты…

Это было бы здорово! Скажи честно: ты доволен посещаемостью концертов в Лебедяни?

Вполне доволен. И рад тому, что на роковые концерты приходят зрители разных возрастов.

А в других городах?

Раз на раз не приходится – бывают и «засады», и не всегда по вине организаторов.

Каков гастрольный график на 2013 год?

Такого графика нет: куда приглашают, там и играем. Из того, что запланировано, это еще пара выступлений в Ефремове – в последнее время мы очень дружны с их рок-тусовкой. Еще хочется отметиться и в Липецке (скорее всего в «Облаках»). Весной с «Пластилином» намечены сольные концерты в Москве. Ну и про Лебедянь не забудем – скорей всего в конце апреля сделаем сэйшн.

Приглашайте! Такой вопрос: как повлияло на тебя общение с Алексеем Заевым? Ведь это был кумир твоего детства, а уже через 15 лет ты играл с ним на одной сцене. Что это значило для тебя?

Алексей был не только гениальным поэтом и музыкантом, но и очень хорошим человеком: в общении с ним я почерпнул много бесценного. Выступление с «Ближним небом» стало последним выступлением в его жизни. К сожалению, мы так и не успели осуществить задуманное – предполагалось сделать совместный акустический концерт, некоторые записи… Леше очень нравилась моя песня «Канкан», и он хотел сделать на нее кавер-версию, выписавшись из больницы. Собственно, об этом было последнее СМС от него… Через несколько дней его не стало. Я сейчас работаю над документальным фильмом «Zaeff», посвященным памяти Алексея: буду стараться закончить его в этом году.

Да, смерть Заева поразила всех. Кстати, сейчас, когда ты уже взрослый человек с устоявшимися взглядами, скажи, кто из кумиров детства оказался ложным, а кто – настоящим?

Вопрос интересный, но по поводу ложных кумиров мне сказать нечего: вроде всех тех, кого считал кумиром в детстве – а их было не так много: Цой, Летов, Кобейн – я до сих пор очень уважаю. Разумеется, с течением времени постоянно все переосмысливается – иногда бывает интересно открывать того или иного исполнителя заново.

Известно, что ты участвовал в работе над фильмом известного писателя Владимира Козлова «Десятка». Как ты познакомился с Козловым, как сложилась совместная работа?

Мое участие в картине небольшое – я всего лишь сделал титры: срочно требовался человек, который бы это сделал, и я с радостью согласился. А познакомился с Владимиром я на просторах интернета: мне давно его книги нравились, и захотелось пообщаться лично.

Что вообще сейчас читаешь?

К сожалению, сейчас не получается уделять этому занятию достаточно времени. Но когда оно появляется, стараюсь обращаться к русской классике. А из современников нравятся Сорокин, Елизаров, Масодов. И Козлов, конечно.

Ну и напоследок сделай прогноз на будущее. Что будет с музыкой Лебедяни в 2023-м году?

Хочется, чтобы с музыкой Лебедяни через десять лет все было в порядке! Желаю, чтобы обязательно появились новые талантливые коллективы и исполнители. К сожалению, в последние годы они почти не появляется, но будем надеяться, что это временно. «Без музыки жизнь была бы ошибкой», – сказал когда-то Ницше. И это, конечно, абсолютная правда.

Беседовал Роман Богословский

АРТ-ПРОЕКТ “СБЛИЖЕНИЕ” 13.02.2010